Сергей Чебан: «Нужен порядок, а не раздор»

Так совпало, что прямо перед нашим разговором, вчера в полдень, Николай Толстых пригласил Чебана, нового председателя и других членов комиссии предыдущего состава на совместное совещание. Попросил оказать содействие в передаче всей документации, а также поделиться опытом — как улучшить работу этого важного органа РФС.

— Новость о смене председателя комиссии стала для вас неожиданностью? — спрашиваю Чебана.

— Нет. Но сразу хочу сказать, что не считаю себя жертвой какой-то там холодной войны, — ответил он, намекая на опубликованную в «СЭ» заметку «Жертвы холодной войны», посвященную итогам проходившего в среду исполкома и переменам в целом ряде комиссий и комитетов. — Николай Александрович мне говорил, что у него свои взгляды на работу комиссии. На эту тему общались несколько раз. Во время одного из таких разговоров он предложил мне написать заявление. На что я предложил Николаю Александровичу подготовить отчет о работе комиссии и озвучить его на заседании исполкома.

Президент РФС придерживался другой точки зрения. Он сказал, что не считает нужным оценивать деятельность комиссии, потому что она работала в совершенно других условиях, и у него есть свое мнение, как развивать это важнейшее направление. Следовательно, входить в нее и руководить ею должны другие люди. Исполком как решил, так и решил. Я благодарен всем, с кем работал в комиссии. Мы действовали в строгом соответствии с существующим регламентом. И, на мой взгляд, добились неплохих результатов.

— Что конкретно сделано за период с 2010 по 2012 год?

— Первое, за что взялись, — в апреле 2010 года постарались найти всех агентов, уточнить реестр (это не так просто, как кажется) и оповестить еще раз, что мы живем по регламенту, принятому в конце 2008 года. Что им теперь придется серьезнее относиться к подаче документации, страхованию, взаимодействию с комиссией. 31 мая 2010-го мы как раз и посмотрели, кто услышал нас, а кто нет. Это был последний день сдачи копий налоговых деклараций.

— И как, услышали вас?

— Многие, но не все. К сожалению, с первого же заседания вынуждены были накладывать штрафы. Сначала — минимальные, по 25-50 тысяч рублей. На иных не подействовало. Штрафы стали расти и достигали 250 тысяч. По итогам 2010 года их общая сумма составила 10,5 миллиона рублей. В 2011-м и 2012-м она заметно сократилась — примерно до 500 тысяч. Значит, подействовало.

— Куда шли деньги?

— Поступали в РФС. А федерация распределяла их в соответствии с бюджетом.

— Вряд ли все ограничивалось одними штрафами.

— Да. После серьезного, повторного или третьего нарушения, в зависимости от его тяжести, мы лишали людей лицензий. Фактически закрывали дверь в профессию на два года. После приостановления или добровольной сдачи лицензии (если человек устраивается на работу в футбольный клуб, к примеру) вернуться к агентской деятельности можно, повторно сдав экзамен. В апреле 2010-го в России числилось 143 агента. На данный момент лицензированных агентов 98. Лицензии лишились 56 человек.

Помню, один известный агент два раза подряд допустил серьезные нарушения. И приходил, и ругался, и плакался. Но порядок есть порядок. Его лишили лицензии РФС.

— За что именно карали?

— За несвоевременную сдачу копий налоговых деклараций, несвоевременное продление страховки, двойное представительство и так далее. Это все очень серьезные нарушения. Коллегиально рассматривали каждое заявление от футболиста или клуба, которое нам поступало. Собирались в среднем примерно два раза в месяц. С апреля 2010-го состоялось без малого 30 заседаний.

— Конфликты с агентами часто случались?

— Штрафы в 250 тысяч рублей и лишение лицензий были для них серьезным испытанием. Кто-то разговаривал на заседаниях излишне эмоционально. Кто-то взывал к жалости. Мы старались гасить страсти, решения принимали сообща и чаще всего в присутствии самого человека, выслушав его аргументы и объяснив ему причины своих решений в строгом соответствии с регламентом РФС. Кто не соглашался, мог обжаловать решение в апелляционном комитете. На мой взгляд, нам удалось наладить эту работу.

— Вы упомянули некий экзамен. Можно поподробнее?

— По решению ФИФА с 2001 года экзамен по лицензированию агентов проходит два раза в год. Он в форме теста. Включает 15 вопросов по деятельности агентов в соответствии с международными правилами ФИФА и еще пять специфических, по российскому законодательству. На ответы — полтора часа. Выйти на экзамен стоит 100 тысяч рублей. Деньги также идут в бюджет РФС. Подчеркиваю — выйти на экзамен, а не сдать его. Не сдал — жди следующего раза. На другой день из ФИФА приходят ответы.

Кроме того, перед экзаменом кандидат проходит собеседование в комиссии, где принимается решение о его допуске при наличии всех необходимых документов. После сдачи экзамена агент должен оформить страховку и создать юридическое лицо или зарегистрироваться как индивидуальный предприниматель. Только после этого он получал лицензию.

— Для чего вообще нужна процедура лицензирования?

— Агентская деятельность придумана не нами. Это общемировая практика. А лицензирование позволяет контролировать процессы, происходящие в агентском бизнесе.

— Приходилось что-нибудь менять?

— Довольно быстро мы поняли, что наш регламент, написанный в духе ФИФА, не в полной мере отвечает российским реалиям. Мы в глаза не видели некоторых агентов, потому что разрешалось присылать документы по почте. Это нас не устраивало. В 2011-м по инициативе комиссии исполком РФС внес соответствующие поправки к регламенту. Мы обязали агентов сдавать документы либо лично, либо через доверенное лицо с соответствующей доверенностью на руках. Со многими «неуловимыми» познакомились.

Другой момент: стали не просто принимать экзамены, но еще и готовить к ним. Проводили методические занятия с помощью опытных сотрудников РФС. Привлекали и юристов, которые рассказывали о юридических нормах и законодательстве. Старались не только отсеивать, но и учить.

— Конкретные претензии к работе комиссии возникали?

— Считаю, один из показателей качества нашей работы — практически полное отсутствие серьезных агентских скандалов в российском футболе. Безусловно, нарушители были. Они несли наказание. Мы старались работать не шумно, но эффективно.

— Я так понимаю, что все, о чем вы сейчас рассказываете читателям «СЭ», было в отчете, с которым вы рассчитывали выступить на исполкоме. Но не выступили.

— Да. Николай Александрович решил так, как решил. Отчитаться никто не предложил. А вот только что состоялось собрание, на котором при участии Николая Александровича и нового председателя комиссии оговорили порядок передачи документов. Кроме того, нас попросили сделать небольшой отчет о проделанной работе и поделиться мнением, в чем слабые и сильные стороны комиссии и в каком направлении надо двигаться.

— Вы раньше были знакомы с Валерием Кучуркиным, новым председателем комиссии?

— Нет. Знал, что работал такой сотрудник в ПФЛ, а потом в РФС. И даже на футбольном поле — мы иногда играем с коллегами по Дому футбола — встречаться не приходилось.

— Есть мнение, что на исполкоме как-то уж слишком синхронно были исключены из разных комиссий и комитетов сотрудники РФПЛ и ФНЛ. Это верно?

— Не хотел бы обсуждать и оценивать решения исполкома. Раз исполком принимает решение единогласно, его надо выполнять. В футболе нужны порядок и взаимопонимание, а не раздор.

— Как в целом складываются отношения у РФПЛ с новым руководством РФС?

— Отношения рабочие.

Похожие новости:

Метки:

 

Читайте также

Комментарии

Вы будете первым, кто оставит комментарий на данную новость.

Оставить комментарий